I'm available for business trips to other cities for projects lasting a month or longer.
Рашева Мария
Необходима реабилитация (комплекс процедур)
Возраст: 6 лет
Возраст: 6 лет
История мамы Маши:
В 2020 году я стала самой счастливой мамой малышки Марии. Беременность протекала тяжело с самого начала: был длительный токсикоз, который сменился частыми угрозами преждевременных родов.
В 37 недель меня госпитализировали в перинатальный центр и сказали, что потребуется экстренное кесарево сечение из-за гипоксии плода.
Так, в 37 недель и 2 дня на свет появилась моя Мария с весом 2240 г.
Марусю отправили в палату интенсивной терапии. Я приходила кормить её через зонд и надеялась, что все беды обойдут нас стороной. Четыре недели мы лежали в отделении патологии новорождённых. Проводили бесконечные серьёзные обследования, сдавали анализы, и так по кругу, неделя за неделей.
В 2020 году я стала самой счастливой мамой малышки Марии. Беременность протекала тяжело с самого начала: был длительный токсикоз, который сменился частыми угрозами преждевременных родов.
В 37 недель меня госпитализировали в перинатальный центр и сказали, что потребуется экстренное кесарево сечение из-за гипоксии плода.
Так, в 37 недель и 2 дня на свет появилась моя Мария с весом 2240 г.
Марусю отправили в палату интенсивной терапии. Я приходила кормить её через зонд и надеялась, что все беды обойдут нас стороной. Четыре недели мы лежали в отделении патологии новорождённых. Проводили бесконечные серьёзные обследования, сдавали анализы, и так по кругу, неделя за неделей.
На 19-й день своей маленькой жизни Маруся впервые попала в реанимацию из-за приступа эпилепсии. В 2 месяца в Москве нам поставили диагноз «фокальная структурная эпилепсия», а через 2 года диагноз изменился на «генетическая фармакорезистентная эпилепсия». Этот диагноз останется с Марией до конца жизни…
Приступы эпилепсии набирали страшные обороты: по 7–8 раз в сутки, и все с остановкой дыхания. Я была в ужасе и не понимала, как помочь ребёнку. Скорая постоянно забирала нас и отвозила в реанимацию… В России врачи не могли подобрать препараты, и с каждым днём Марии становилось только хуже…
В 2021–2022 годах мы решились полететь за границу. Мы отправились в Германию, в Бета-клинику, к профессору-эпилептологу Кристиану Эльгеру, который сразу же подобрал терапию, и страшные приступы эпилепсии сошли на нет.
Ремиссия длилась 1 год. Это была победа! Но с возрастом приступы вернулись и, к сожалению, сохраняются до сих пор.
Сейчас Марусе 6 лет и 10 месяцев, и за её плечами множество пройденных реабилитаций. Она очень старается, и на данный момент, благодаря помощи неравнодушных людей, Маруся научилась очень многому: самостоятельно стоять у опоры, забираться на кровать и ходить за ручки.
Сейчас мы надеемся, что Маруся научится ходить самостоятельно и сможет произнести свои первые слова.
Приступы эпилепсии набирали страшные обороты: по 7–8 раз в сутки, и все с остановкой дыхания. Я была в ужасе и не понимала, как помочь ребёнку. Скорая постоянно забирала нас и отвозила в реанимацию… В России врачи не могли подобрать препараты, и с каждым днём Марии становилось только хуже…
В 2021–2022 годах мы решились полететь за границу. Мы отправились в Германию, в Бета-клинику, к профессору-эпилептологу Кристиану Эльгеру, который сразу же подобрал терапию, и страшные приступы эпилепсии сошли на нет.
Ремиссия длилась 1 год. Это была победа! Но с возрастом приступы вернулись и, к сожалению, сохраняются до сих пор.
Сейчас Марусе 6 лет и 10 месяцев, и за её плечами множество пройденных реабилитаций. Она очень старается, и на данный момент, благодаря помощи неравнодушных людей, Маруся научилась очень многому: самостоятельно стоять у опоры, забираться на кровать и ходить за ручки.
Сейчас мы надеемся, что Маруся научится ходить самостоятельно и сможет произнести свои первые слова.